Кровь не вода
Родственников не выбирают. Иногда даже самые близкие и родные становятся чужими, и очень трудно вновь найти дорогу друг к другу.
Окончание рассказа «Крысиные бега» (история здесь )
То, что Оксана носит двойню, знали все. А вот кто родится, было неизвестно, в начале 80-х аппараты УЗИ, способные определять пол ребенка, если и существовали, то точно не в наших краях.
— Пацаны! – уверенно заявлял будущий дедушка, отец Оксаны, — Мне помощники нужны, а то что это, одни девчонки, непорядок!
У Владимира было три дочери, старшая Аня подарила ему двух внучек, ещё одну – средняя дочка Таня. Немудрено, что мужику хотелось хоть одного пацана в доме. Аня возражала:
— Девчонки будут, вон, какой живот у Оксанки круглый. Да и подурнела она, со мной так же было — в народе не зря говорят «девки красоту забирают».
При этих словах Владимир притворно хмурился:
— Не, ну одна пусть девка, а второй – обязательно пацан! – и в шутку грозил, — Или я в запой уйду!
Сама же Оксана говорила:
— Хочу мальчика и девочку, я уже и имена им придумала: Руслан и Людмила, — и на вопрос, что за блажь такая, отвечала, — Мне имя Руслан с детства нравится, а Людмила – в честь тёти Люси, конечно.
На это никто возразить ничего не мог, тётю Люсю, мою маму, в семье уважали, и ничего, что в младшем поколении подрастало целых семь Людмил.
Владимиру в запой уходить не пришлось, вышло по его желанию.
— Мальчик! – объявила акушерка, хлопнув ребенка по попке, — Для двойни почти богатырь!
Схватки немного утихли, и Оксана блаженно улыбалась: мальчик! богатырь! Русланчик, Русик… Но вскоре стало не до улыбок, второй ребенок тоже стремился появиться на свет. Сколько прошло времени Оксана не знала, но наконец всё закончилось.
— Еще один мальчик. Этот поменьше будет, но по лицу видно, настырный малый, — акушерка улыбнулась, — Поздравляю, мамаша!
Как назвать второго мальчика Оксана не знала, она почему-то даже мысли не допускала, что родятся два мальчика. Но когда малышей принесли на кормление, имя пришло сразу: Александр, второй сын будет Александром.
Муж Костя удивился:
— Почему? Думал Вовкой назовём, в честь твоего отца и моего деда.
— Какой еще Вовка? Ты на его лицо посмотри, ну в каком месте он Вовка? – Оксана сердито смотрела на мужа, потом пояснила, — Я Русика на руки взяла и подумала, какая лялька, прям как на картинке. И тут вспомнился фильм, по телику недавно показывали – «Лялька-Руслан и его друг Санька». А у нас будет брат Санька, здорово же?
— То есть ты уже назначила Русика главным? – спросила свекровь, держа на руках младшенького, — Разве это правильно?
— Ой, Нонна Васильевна, не начинайте, а? Конечно, старший главный, а как еще?
Вот с того и началось. Уже в полтора года Санька пытался оспорить главенство брата: отбирал игрушки, отталкивал от мамы, кусал, когда никто не видит. Но и Русик от него не отставал, платил брату той же монетой.
— Какие-то они недружные растут, — переживала Оксана, — Представляете, что удумали? Санька заявил, что теперь он Русик, и на имя «Санька» отзываться не будет! Смешно же?
Мальчишкам было по два года, но даже тогда это не выглядело смешным. Наш дядя Сеня осторожно сказал:
— Оксана, тебе не кажется, что ты сама их воспитываешь в духе соревнования? Такие малыши, а уже пытаются доказать, что кто-то из них лучше! Как бы не пришлось плакать потом!
— Ты, дядя Сеня, не прав, — дерзко заявила Оксана, — Дух соревнования, как ты это называешь, замечательно, дети с детства будут ставить цель и добиваться её любой ценой. Мои мальчики всегда сумеют взять своё, не пропадут!
Мальчикам исполнилось по четыре года, когда их семья переехала в Ленинград. Оксана говорила:
— Что мои дети увидят в нашей дыре? А тут у них столько возможностей будет! Жалко, в Москву нельзя, там квартиру никак не получить, а хорошо было бы. А в Ленинграде у мужа одинокая тётка, Костик её единственный племянник. И что с того, что коммуналка, подумаешь! Зато Ленинград, колыбель революции!
Я уже писала, что в 1997 году мечта Оксаны о собственной квартире сбылась. Но, к сожалению, радовалась она недолго, буквально за два месяца сгорела от онкологии. Костя и мальчики остались одни в огромной, с таким трудом приобретенной квартире.
Руслан и Санька так и не подружились. Смерть мамы их немного сблизила, но не до такой степени, чтобы стать задушевными друзьями. Ссориться перестали, и то хорошо. А так, у каждого свои интересы, свои друзья, своя жизнь. Внешне они были очень похожи, но никто никогда их не путал – и причёски разные, и одевались непохоже, а уж о характерах и говорить нечего.
Мальчикам исполнилось по 19 лет, когда умерла бабушка. Костя уехал в Якутск. И там, оформляя документы на вступление в наследство, в нотариальной конторе познакомился с женщиной. Роман разгорелся быстро, через несколько месяцев Костя вернулся только для того, чтобы переоформить петербуржскую квартиру на сыновей. Сам вернулся в Якутск, женился:
— Парни взрослые, сами справятся. Нет, конечно, я помогу, если что, но надеюсь, это «если что» не случится.
…Первым привел девушку в дом Руслан. Он на полном серьезе считал себя старшим, и потому полагал, что вправе не советоваться с братом по этому вопросу. Девушку звали очень амбициозно – Моника. Официально брак не оформляли, но Моника была уверена, что свадьба не за горами. Очень скоро девушка стала вести себя как хозяйка, и её жутко раздражало присутствие в доме Саньки. Но, сжав зубы, она терпела, надеясь: вот получу кольцо на палец, а там уже развернусь. Это не я придумала, это Руслан сам рассказывал гораздо позднее.
Руслан делать предложение не торопился, он уже жалел, что вообще с ней связался, но продолжал плыть по течению – куда-нибудь да выплыву. Жили чуть больше года и тут, к полному ужасу Моники, Санька привёл в дом Полину. И ладно бы просто девушку, но нет – официальную невесту. Заявление в ЗАГС было подано, свадьба через два месяца.
Полина оказалась девушкой хваткой, быстро оценила и Монику, и её статус. Разговор с женихом не помог.
— Она никто, даже не невеста! Почему она должна жить тут? Ладно Русик, он владелец, а эта Моника, кто она? Пусть едет в свой Бобруйск!
— Во-первых, эта квартира наша с братом пополам, он может приводить сюда, кого угодно, — Санька хоть и был влюблён по уши, но мыслил здраво, — Во-вторых, почему Бобруйск? Моника из Выборга вообще-то, что ей в Бобруйске делать?
Нет, конечно, он понимал, что хочет сказать невеста, но прикидывался валенком. Отношения с братом не так давно наладились, и портить их даже ради любимой Санька не собирался. Полина примолкла, он вздохнул с облегчением, думая, что девушка всё поняла.
Ага, как же! Война разгоралась медленно, но верно. Поначалу просто шипели друг на друга, огрызались, потом начали делёжку. Делили всё, от очередности уборки мест общего пользования до сковородок и кухонных полотенец, которые им вообще не принадлежали. Братья уходили утром на работу, ни о чём не подозревая, а две красотки до вечера упоенно строили друг дружке козни. То Моника зайдёт в туалет, а Полина её снаружи запрёт, то Полина у новых туфель, купленных к регистрации, обнаружит каблук оторванный. Сколько раз они портили друг другу еду или бельё при стирке – не сосчитать, и красная футболка в белом белье обнаруживалась, и сода на пончиках вместо сахарной пудры. Один раз Полина даже умудрилась уничтожить все файлы Моники, благо, в компьютере она почти не соображала и о резервных копиях ничего не знала.
Но первой нервы не выдержали всё-таки у Полины. Она закатила жениху настоящую истерику, рыдала, топала ногами и орала дурным голосом. Наконец, поставила ультиматум:
— Или я, или твой брат с этой дурной девкой! Выбирай!
Санька плечами пожал:
— Я тебя выбираю, мне эта Моника даром не сдалась, — голос его внезапно стал жёстким, — Но если выбирать между тобой и братом – я выберу брата.
— Ты сдурел?! – Полина в изумлении уставилась на парня, который ещё утром говорил, что она ему дороже всех на свете, — Какой брат?! У вас с ним ничего общего, кроме крови и этой квартиры!
— Вот именно. Сама сказала – общая кровь. А кровь, она, знаешь ли, не вода, — Санька в эти минуты был не Санька, а настоящий Александр, — Если совсем не можешь, давай съедем. Снимем квартиру, будем жить отдельно.
— Нет, ну не идиот ли?! Собственная пятикомнатная квартира на Садовой, а мы на съем? А это всё, — она обвела глазами комнату, — Этой стерве с дурацким именем достанется? Ага, щаззз!
Санька потом говорил, что именно это «щаззз» с упором на букву «з» из уст его, казалось, интеллигентной невесты его и добило.
— Слушай, дорогая, — он говорил тихо и потому зловеще, — Отчего-то мне кажется, что никакой свадьбы не будет.
А в соседней комнате в это время визжала Моника, которой Руслан только что указал на дверь. Он потом рассказывал:
— Это выглядело даже смешно: встретились Моника и Полина у входной двери и… Пошли вместе со своими сумками, дружненько так, прям как лучшие подруги.
Руслан и Саша в тот день крепко напились, впервые вместе. Причём первый от радости, что избавился от надоевшей Моники, второй от горя, всё-таки Полину он действительно любил. Я спрашивала у Сани:
— Но ведь можно было разменять эту квартиру и купить две отдельные, разве не так?
— Понимаешь, и я, и Руська в душе понимали, что так лучше, но понимали также, что никогда так не поступим, из-за этой чёртовой квартиры мама умерла.
— Да, но получается, вы опять в коммуналке жить будете, ваши две семьи? Неужели вы думали, что найдутся две девушки, готовые на это?
Знаете, а ведь нашлись! Хоть и считалось всегда, что они разные по характеру, и девушки им разные нравились, но женились на родных сёстрах. Правда, девушки не двойняшки, всего лишь погодки. Так и живут в той квартире, детей воспитывают. А главное — дружат, говорят, сами не понимают, почему раньше этого не случилось.
С Русланом мы общаемся больше, он до пандемии часто приезжал по работе в Москву.
— Знаешь, Наташа, это наши отношения с братом. Люблю я его или нет – никого не касается. Но если встанет выбор, который мне тогда Моника предложила, даже не сомневайся, выберу брата. Как и он – меня. Кровь, знаешь ли, не вода.
Источник
Кровь не вода
Я помню мы стояли рядом на выставке его работ. Мама болела и пойти не смогла, а я уже взрослая девица решила составить компанию. Мне было интересно поиграть во взрослую жизнь, послушать комплименты. И даже едкое: «Не понимаю, что ты в нем нашла. » — я тоже сочла за комплимент своей врослости. Я внутренне расхохоталась, эх, знал бы этот идиот, что тот, в котором я должна была что-то найти — мой отец, а мне только минуло 15 лет и за свои мысли можно было бы под статью попасть.
Я со смехом рассказала об этом папе. Он стал глазами искать этого наглеца и посмотрел на него таким тяжелым взглядом, которым могут смотреть только кавказцы. Этот взгляд не просто убивал, а убивал еще какой-то мучительной смертью.
Папины знакомые, однако, оказались проницательный.
-Дочка? Как похожа!
— Кровь — не вода, — отвечал отец. И я светилась от счастья.
Мне нравилось разыгрывать людей. Ведь у нас с ним ни капли общей крови! Мне нравилось, что здесь я выгляжу красивой взрослой дочерью замечательного художника, а все остальное в наших с ним отношениях красиво скрываются за этим артистичным «кровь не вода».
А всего было много. Жутких скандалов, непонимания, не желания слушать друг друга. Он был вспыльчивый человек и кричал по каждому поводу, без повода тоже кричал. Мама меня жалела, и хотя я всем сердцем, кажется, принимала ее выбор, но никогда не могла понять, что же она в нем нашла.
Жесткий, холодный, вечно всем недовольный человек, совершенно не умеющий радоваться жизни! Вечно какие-то едекие нотации и крики. Мама всегда меня защищала, но от этого становилось только хуже. К брату он относился совершенно иначе. Хотя тоже строго, но ласково, нежно. Конечно, я же не родная, — думала я, впрочем, без особой сентиментальности.
Когда я вышла замуж, с радостью уехала из дома и постаралась забыть все это как страшный сон.
Прошло время, у меня появились свои дети. Отец болел. Я его не навещала. Я и так все знала, мама рассказывала. И только изредка говорила, чтобы я хоть иногда звонила.
Но один раз зашла в гости, надо было с фотоаппаратом разобраться. И мы просидели с ним два часа над моим новым фотиком. Пробуя делать снимки, менять настройки, а параллельно разговаривали об искусстве, шутили:
— А помнишь, мы на скорость читали «Хазарский словарь»?
— Да, а потом ты купил женскую версию, а она всего одной строчкой отличалась от мужской?
— Ага, посмодернисты, хреновы.
— Да, пора бы уже что-то новое в искусстве придумать.
-Все уже придумано! Искусство — вечно. А все это признак упадка цивилизации. Так уже было. Ну вспомни эти ужасные скульптуры эпохи эллинизма. Сейчас то же самое.
— Да и «Крик» Мунка — это.
— Это вообще ужас!
— Да, знаю, ты много раз это говорил.
Постойте, много раз. Да, много раз мы говорили о принципах в искусстве, о посмодернизме и истории Рима, о жизни, об отношениях между людьми. Но когда это было? Ведь были одни скандалы, нервотрепка и «что в нем нашла мама». Сейчас я на него смотрела уже иначе: сильно постаревший, измененный болезнью, но именно теперь я понимала, что в нем нашла мама, понимала, почему студенты его так любят. Почему я этого раньше не разглядела?
Больше мы не виделись. Никогда. А я до сих пор не могу вспомнить из-за чего были ссоры, зато помню его слова об искусстве, рассказы о нартах и истории Рима, его смешные фразы, и да, это самое «кровь не вода».
Источник
Кровь не вода
Серия 1
Серия 2
В центре сюжета две сестры – Аня и Маша. Несмотря на близкие родственные связи, у них нет абсолютно ничего общего. Анна привыкла рассчитывать только на себя, в отношениях она ценит искренность и доверие, а не финансовые возможности партнера. Во всем себе отказывает, проявляет заботу о маме и сестре. Маша была любимицей родителей, девушка считает, что мир должен крутиться вокруг нее. Она пользуется вниманием со стороны противоположного пола и привыкла всегда получать желаемое.
Мария легко уводит у сестры любимого человека и выходит за него замуж. Чувства Ани ее совершенно не интересуют. Но жизнь всегда все расставляет по местам. Ведь в действительности Юрий интересуется московской пропиской, а не девушками.
На фоне всех этих событий в жизни Ани случается еще одно происшествие. Неизвестно откуда появляется человек, который объявляет себя настоящим отцом девушки. Он тяжело болен, поэтому ставит целью добиться прощения брошенной дочери. Долго радоваться хорошим отношениям, к сожалению, не приходится. Через некоторое время мужчина умирает. От отца девушке досталось внушительное наследство. Оно не дает покоя не только родственникам Ани, а и Юрию, который начинает метаться от одной девушки к другой. Теперь Машина очередь испытывать душевные терзания. Став богатой, Аня получила возможность трезво посмотреть на подлость со стороны Юрия и Маши. С кем останется похититель женских сердец?
Ситуация, в которую попали обе сестры, заставляет задуматься. Возникает вопрос, действительно лучше получать подарки судьбы, или стоит добиваться всего самостоятельно? Ответить на него сразу девушки не могут.
Источник
